МАРИОНЕТКИ

Это сборник контрастов. Жизнь состоит не только из минут тяжелых раздумий и тревоги. Она полна ярких красок и впечатлений, которые дают нам сил двигаться дальше. В конце концов марионетка может освободиться от веревочек, сковывающих ее руки и ноги. Для этого нужно просто захотеть, поверить и побороть страх.

Анна Франк, 2007-08 г.г.

КОММЕНТАРИЙ РЕДАКТОРА

Рика Тинкер
редактор

Все мы марионетки в руках судьбы. И пока не пришел Карабас-Барабас, нужно поскорее избавляться от досадливых ниточек и делать ноги.
Это очень грустные стихи, я лично не увидела здесь никаких контрастов. Даже в тех стихотворениях, где предполагался позитив, все равно ощущаются какие-то невеселые нотки. Боюсь, что отзыв у меня получится тоже невеселым, потому что в сборнике – увы! – очень много недостатков.

Прежде всего бросается в глаза сбитый ритм, сбитый настолько сильно, что даже трудно определить размер стихотворения. Он везде – в каждом стихотворении, в каждом четверостишии. Это очень сильно мешает восприятию. Начнем с самого начала, с «Бессонницы»:
Тяжелой тенью заползет через окно,
И медленно растает где-то в глубине рассудка.
Бродить все ночи по дворам и переулкам
Бессоннице навеки суждено.
Начало очень неплохое. Ритмический рисунок намечен, и по нему, только по нему следует ориентироваться при построении следующих четверостиший. Ну или хотя бы по количеству слогов, которое в соответствующих строчках должно быть одинаковым, т.е. в каждой первой строчке нового катрена 12 слогов, в каждой второй – 15, в третьей – 13, в четвертой – 10. У нас же со второго до последнего все сбивается:
Она из тех, кто мучает жестоко
И в мозг вонзает черную иглу.
Свою жестокую нечестную игру
На следующую ночь бессонница продолжит.

Также крайне нежелательно в рамках одного произведения перепрыгивать с одного размера на другой, например, как в стихотворении «Певица» - начали с ямба...
Глаза опять наполнят слезы,
А губы нервно задрожат.
А третьей строчкой все спустили под откос...
Ее красивые, худые руки,
Яростно о чем-то говорят.
Дальше идут еще два неровных катрена, а завершается стихотворение дактилем в весьма бравом темпе:
Пой, чтобы звезды на небе все ярче сверкали,
Пой, чтобы ветер нежнее и ласковей стал.
Пой, свою грустную песню, певица,
Пой, пусть тебе рукоплещет весь зал.
Это относится почти ко всем стихотворениям Анны, поэтому я больше не буду приводить подобных примеров. Соблюдать закономерности построения в процессе созидания просто необходимо, иначе у читателей может сложиться мнение, что поэт – полный профан в своем деле. Подружиться с ритмом и научиться различать стихотворные размеры – первоочередная задача!

То же самое касается рифмы. Я заметила, что автор весьма пренебрежительно к ней относится: что получилось – зарифмует, что не получилось – оставит, как есть. Вот, например, «Вечер»:
Утонуло небо в руках Атланта,
А звезды зажгли, словно свечи.
Облака сладкой ватой
Таяли в крепких объятиях вечера.
Думаю, что рифма «атланта - ватой» хоть и не совсем полноценная, но все же право на существование имеет, так же, как и «деревья - лелеял», так что первые два катрена мне понравились. А вот третий никуда не годится:
Он устало заполнил все щели,
Переулки и парки погрузились в сон.
Стало тихо и почти безмятежно.
Звезды рассыпались жемчугом…
Тут напрочь отсутствует любая рифма, что очень портит впечатление от стихотворения. То же самое замечание к остальным стихотворениям, в частности, к «Бессоннице», «Марионеткам», «Кукле», «Я не ждала» и другим, где рифма то появляется, то исчезает. Если это белые стихи (более-менее этому определению соответствует «В этом городе нет фонарей») – рифмы, как и созвучий, быть не должно, но в «белом» стихотворении обязательно должен соблюдаться размер. Если с размером неопределенность и ритм хромает, то рифма должна быть безупречной – получается интересный эффект, когда одно компенсируется другим.

Теперь давайте о хорошем. «Последний монолог» и «О чем поет дождь» - самые удачные стихотворения сборника. Я не говорю, что они совершенны, но все равно очень гармоничны и вполне читабельны. Я искренне советую автору продолжать творить именно в подобной манере. Надолго увлекаться верлибрами, конечно, не стоит, но почему бы не заняться тем, что получается лучше? Ну не получается рифмовать нормально – и не надо пока (только имейте в виду, что любой поэт прямо-таки обязан это уметь). С остальными стихотворениями нужно определиться – белыми они будут или рифмованными, после чего медленно, но верно доводить их до желаемой формы. Не отчаиваться и не бросать, а переписывать, шлифовать, вычитывать до тех пор, пока форма не станет наиболее точно гармонировать с содержанием. По последнему у меня вопросов нет: Анне есть, что сказать своему читателю, и с художественной точки зрения стихотворения более выигрывают, чем с технической.

Ах, да. Вот еще хочу обратить внимание на повторение одинаковых слов в пределах четверостишия (в «Бессоннице» - «жестоко – жестокую», «Когда луна находит свое место в небе»: «касание - касается», «отряхивать» и «смахивать» - одно и то же), нужно искать замены, иначе выглядит бедновато. Также не совсем понятно, как можно иглой проколоть глаза кукле, чье лицо из фарфора («Кукла»), и кто пролетает в танце смелом в первом и последнем катренах в стихотворении «Фонарь». Выражение «матовый блеск» («Диалог со звездами») тоже меня поначалу смутило, но, возможно, это оксюморон. Вообще, большинство метафор вполне приемлемо, поэтому на этом я ставлю точку.

Очень надеюсь, что автор сильно не расстроится от такого комментария и не потеряет своего энтузиазма. Удачи!

02.04.2008

Имя :
E-mail :
Сайт:
Слово с картинки:

© МЛВК — Молодёжный литературный веб-клуб, 2006–2010