ОХОТА

Мелкая морось зависла в воздухе водяной пылью. Влажность мешала дышать, а нос был забит запахом уличной гари, дыма заводских труб и мокрой одежды. Почерневшая, набухшая листва чавкала под ногами, охотно отдавая часть влаги, беззастенчиво просачивающейся в ботинки. Впрочем, они были насквозь промокшими и до того, как я вошел в рощу, так что было бы о чем жалеть… И все равно ловлю себя на том, что втягиваю голову в воротник, пытаясь спастись от ноябрьской сырости, и машинально перепрыгиваю с одного корня на другой, чтобы избежать особо крупных луж.
Сатин будет недовольна.
Мне живо представилось, как презрительно сморщится прямой аристократический нос при виде потрепанной, промокшей куртки и протекающих ботинок, как неестественно-алые губы изобразят некое подобие улыбки, должное означать приветствие, а тонкие пальцы брезгливо смахнут со лба дождевые капли. «Как же ты жалок…», - произнесет она почти нежно…
Мысли перебил неожиданный аромат ландышей. Он настолько дико вклинился в привычный городской осенний фон, что я не удержался – замер, принюхиваясь, а затем, махнув на все рукой, двинулся по следу.
За деревьями мелькнуло что-то солнечно-желтое, и мне навстречу вышла обладательница аромата, держащая в руках – я не поверил своим глазам – корзинку, полную крепеньких боровиков. Заметив меня, девушка вздрогнула и вскинула огромные зеленовато-карие глаза, ладонью она машинально прикрыла грибы, словно в попытке спрятать от меня самое ценное.
- Не бойся, - я не смог сдержать улыбку. – Я не кусаюсь.
Девушка тряхнула головой, и по гладкой поверхности дождевика сбежали солнечные капли.
- Я вовсе не боюсь. Просто не ожидала встретить здесь кого-нибудь.
- Надо признать, я тоже. Вы собираете грибы?
- Да. Красивые, правда? – она протянула мне корзинку, чтобы я мог полюбоваться блестящими коричневыми шляпками.
- Правда. А неужели вам совсем-совсем не страшно одной, в столь безлюдном районе…
- Именно, что безлюдном. В этой роще никогда никто не бывает. Там, - она махнула рукой в ту сторону, куда я держал путь, - живут одни олигархи, они ездят на машинах, и им нет нужды сюда соваться. А там, - взмах в обратном направлении, - живу я. И люди, которым есть дело только до того, как заработать себе на хлеб или как поскорей пропить заработанные деньги. Им тоже совершенно незачем сюда ходить. Вы – первый человек, которого я здесь встретила…
А голос у нее совсем детский, невесомый, звонкий. И такой же солнечный, как и накинутый на плечи дождевик.
- Кстати, мама всегда говорила мне, что разговаривать с незнакомцами опасно, - припухлые губы тронула улыбка.
- Так то с незнакомцами, а вы-то прекрасно знаете, что меня зовут Алексей.
- А меня? Раз мы знакомы, вам не составит труда назвать мое имя, - смешно взмахнув руками, она перепрыгнула через лужу. А я и не заметил, что мы уже куда-то идем…
- Старый я, - покаянно вздыхаю. – Память уже не та, то и дело подводит, бесстыдница.
- Саша, - она протянула ладошку для рукопожатия.
- Александра, Александра, этот город наш с тобою, - немузыкально пробаритонил я, сжимая хрупкие пальчики.
- Боже, как это оригинально, - рассмеялась она и вновь поскакала вперед. – Кстати, куда вы направлялись до встречи со мной?
- Я должен нанести визит одной особе…
- Я так понимаю из тех, что живут в красивых домах с башенками?
- Именно.
- Тогда вы идете не в ту сторону!
До меня только сейчас дошло, что, следуя за этим ландышевым ароматом, я забыл обо всем. Бросив взгляд на часы, едва удержался от рассерженного рыка. Сатин меня убьет!
- Прошу пр-рощения, но я вынужден откланяться, - я развернулся и помчался, разбрызгивая лужи и чувствуя спиной расстроенный карий взгляд…

- Ты опоздал, - в бархатистый, певучий голос прокрались нотки стали.
- Прошу… простить меня… госпожа… - выталкиваю из себя слова, пытаясь восстановить дыхание.
Она стоит ко мне спиной у высокого витражного окна. Длинные черные волосы забраны наверх, а темно-зеленое платье открывает всю спину, зато, змейкой скользя по лопаткам, до самой талии спускается нитка черного жемчуга. Прекрасна и соблазнительна. Впрочем, как всегда.
- Подойди ко мне.
Я на мгновение замешкался перед выбором: разуваться или нет, но, не заметив очевидных преимуществ второго варианта, приблизился, отчетливо осознавая, что безнадежно испортил тонкий шелковый ковер.
Сатин обернулась, оглядела меня с ног до головы и, последовательно изобразив на лице удивление, презрение и брезгливость, произнесла:
- Как же ты жалок, - и бархатистый голос был почти нежен, когда она коснулась моего лба, отводя прилипшую мокрую прядь.
Очевидно, я все-таки смог ее изучить за те несколько сотен лет, что принадлежу ей. Интересно, это плюс или минус?
- Вы звали меня. Зачем? – Сатин снова отвернулась к окну, демонстрируя мне мраморно-бледный, скульптурный профиль. - Я уже давно не имел возможности насладиться вашим обществом, и признаюсь, этот вызов…
- Завтра выпадет снег.
Я вздрогнул и неверяще покосился на бьющие в стекло капли. Пока я бежал, дождь разошелся не на шутку. Интересно, успешно ли Саша добралась до дома?..
Лиловые глаза выдернули меня из паутины лишних мыслей. Сатин казалась взбешенной. Настолько, насколько может быть взбешенной статуя.
- Надеюсь, тебе не надо напоминать, что это значит? – вот и конец бархатистости. Лед. Кругом один лед, а ты чего ожидал, оборотень?
- Нет, моя госпожа.
Первый снег раз в пятьдесят лет – это знак к началу Охоты. Большой Охоты. Самого популярного развлечения высокородных вампиров, достаточно обеспеченных, чтобы иметь в услужении оборотня. И еще не достаточно озверевших со скуки, чтобы устремиться за добычей самостоятельно.
У Охоты есть целый свод правил. Но знать их все мне не полагается. Мою задачу мне не преминут напомнить, а все остальное… да гори оно синим пламенем!
- Ты знаешь, что в прошлый сезон я стала победительницей…
Угу, она стала. А кто, захлебываясь кровью, отбивался от бешеных сородичей, напуганных до полусмерти наказанием, неумолимо грядущем в случае провала?
- Впрочем, как и четыре раза до этого. Как видишь, я ценю то, что ты делаешь, и то, что ты принес мне победу. Но раз у тебя такая короткая память, придется напомнить тебе правила…
Ах, мой склероз – мое богатство. В такие минуты я ее ненавижу. А еще – безумно счастлив, что она не может читать мои мысли.
- Жертва будет выбрана в нашем городе. Начиная с завтрашнего дня, сюда устремятся ищейки со всего света. Заявки подали двадцать три вампира. Справишься со всеми и приведешь ко мне жертву – я выиграю.
Короткий поклон, позволяет скрыть злобу в глазах. Аривидерче спокойные дни. Носиться, разбрызгивая лужи, талый снег и убивать – мечта последних серых лет моей жизни.
- Я знаю, о чем ты сейчас думаешь, - тонкие пальцы вздернули мой подбородок, больно впиваясь ногтями в кожу. – Мне нравится то, что ты не похож на всех остальных тупых безвольных шавок, слепо выполняющих волю хозяина. Но мне не нравится и твой настрой перед этой Охотой. Я должна победить. Любой ценой. В качестве стимула могу сообщить, что поставила тебя на кон. Если я проиграю, а ты останешься жив, тебя заберет к себе Марел, - по телу пробежала невольная дрожь. – А ты знаешь, как он любит поиграть с подобными тебе.
- Я сделаю все, госпожа.
- Прекрасно. Возьми, - она протянула мне блестящую черную кредитку. – Купи все, что тебе необходимо. Можешь быть свободен.
- Благодарю, госпожа…
Я направился к двери.
- Десять дней, Алекс. Двадцать три оборотня. Ты уже справлялся с этой задачей… - полетело мне вслед.
Я помню.

Проклятое дежавю моей жизни меня убивает. Вечно неприметная работа с минимальным заработком, чтобы не светиться, которую приходится менять каждые пять лет, каждые двадцать лет смена паспорта и места жительства, каждые пятьдесят – Охота. Все разнообразие – случайные интрижки, оставляющие после себя горько-неприятный осадок и редкие вызовы Сатин. Я до сих пор не могу понять, зачем я ей нужен, помимо Охоты. Мы с ней видимся не чаще раза в десятилетие, да и то у меня создается впечатление, что это только для того, чтобы убедиться, что я жив. И получить хоть какое-то разнообразие в постели. В первом нет нужды, благодаря Поводку. А второго с ее фантазией ей и так хватает…
И даже эти неожиданные вызовы – просто повторение того, что уже было…
Снег выпал. Ночью. Смазав очертания домов и деревьев, он спрятал, пусть ненадолго, уродливо чернеющий пейзаж, а неожиданно опомнившийся мороз помог ему удержаться, застудив лужи. Утром стоит ждать как минимум три аварии. На мосту, на центральном перекрестке и на коварном повороте на Красную. Там и без гололеда вечно сталкиваются, а уж теперь… Впрочем вряд ли мне когда-нибудь придется понять переживания автомобилистов. Потому что…
Потому что прибыли первые гости.
По законам Охоты, оборотень победителя, в отличие от остальных, не может чувствовать жертву, зато он отчетливо ощущает каждого сородича, прибывшего, чтобы посягнуть на ее безопасность.
Трое. Причем вместе. Дурачье. Решили объединиться, чтобы прикончить меня, а потом устроить банальный поединок до первой крови, за право привести жертву к хозяину. Неужели за эти три столетия я еще не создал себе репутации? Вам стоило собраться в десяток. Как минимум.
Встряхнувшись так, что хлопья снега разлетелись в разные стороны, заляпав белыми кляксами окно ближайшего дома, я потрусил в сторону автовокзала.

Они были еще слишком молоды и не могли днем, да еще и в новолуние принимать боевую форму, поэтому я решил поиграть с ними на равных. За благородство пришлось поплатиться. Лапа, за которую меня умудрился цапнуть один из них, распухла и ныла. За то, что смог до меня дотянуться, я даже оставил его в живых. Благодаря чему приобрел себе смертного врага. Впрочем, о нем буду волноваться лет через сто, когда подрастет и наберется опыта, если, конечно, не помрет к тому времени. Или если я не помру.
Эх, жаль вокзал находится слишком далеко от моей халупы – пока я доковыляю до нее на трех конечностях, еще с десяток претендентов получить по загривку могут пожаловать. Немножко самоуверенности мне не повредит.
Нет, надо прилечь, отдохнуть.
Я сунул нос в снег и блаженно вдохнул свежий, ничем не испорченный морозный запах.
- Маленький ты мой, что с тобой случилось? – прозвучал неожиданно над головой ласковый и почему-то знакомый голос, а по ушам скользнуло что-то шерстяное.
Вскинув голову, я удивленно воззрился на сидящую радом на корточках Сашу, поглаживающую меня по голове ладонью в пушистой варежке. Ор-ригинально, назвать волка весьма приличных размеров «маленьким».
- Какой ты красивый, - продолжала приговаривать она. – Пойдем ко мне, я тебе лапку перевяжу и накормлю. Хочешь?
Хм, а почему бы и нет? Судя по всему, она живет недалеко, потому что именно от автовокзала я всегда добирался до Сатин.
Девушка поднялась, пытливо глядя на меня. Я с готовностью вскочил на все три лапы и поскакал за ней…
- Какой ты умница! – после кормежки и перебинтовки я снова был вознагражден очередным почесыванием за ухом.
Саша отвернулась к плите, кашеваря на ней что-то весьма ароматно пахнущее мясом и картошкой, а я подумал, что хорошо бы вот так и пролежать весь день в тепле и уюте добротного деревянного дома с сосновыми полами и жарко натопленной печкой. Саша жила на самой окраине города, где еще сохранились такие вот, деревенские дома, гораздо более приятные для меня, чем коробки из железа и бетона.
Р-размечтался.
Сигнал пришел, едва я начал блаженно закрывать глаза. И опять мчаться на другой конец города, на этот раз к вокзалу железнодорожному.
Девушка охнула, когда я вдруг вскочил и, навалившись грудью на дверь, вылетел на улицу, впуская в дом юркие морозные вихри. Я чихнул от набившегося в нос снега, оглянулся на застывшую в проеме Сашу с половником в руке и побежал.
Скорость. Скорость. А то не дай бог, жертва окажется где-нибудь поблизости с этими ищейками…

За три дня я расправился с двенадцатью из двадцати трех. Пару деньков теперь можно было отдохнуть. Мне удалось вытащить из Сатин информацию о том, что остальные претенденты добираются сюда с достаточно удаленных регионов нашей планеты, чтобы не тревожить меня некоторое время.
Пролежать пару дней, любуясь на украшенный желтыми разводами потолок, не хотелось. Заняться другими делами было невозможно за неимением таковых. С работы я ушел. Все равно пора уже было ее менять. С последней девушкой расстался месяц назад, новой найти еще не успел, да и не особо хотелось, если вспомнить, сколько скандалов всегда приносило мое нежелание объяснять периодические ночные отлучки и рассказывать о своем прошлом.
Однако…
Все таки есть одна, которую мне хотелось бы увидеть.
У автовокзала, после недолгого колебания я цапнул у зазевавшейся продавщицы букетик разноцветных ромашек. Не потому, что к розам и лилиям в высоких вазах было неудобно тянуться, просто ромашки… это гораздо больше на нее похоже.
Она как раз выходила из дома, когда я подлетел к ней и, отчаянно виляя хвостом, положил у ног цветы. Девушка сначала испуганно отшатнулась, а затем удивление в ее глазах сменилось радостью.
- Малыш! Неужели ты?
Эх, ну малыш, так малыш…
Тявкнул в ответ и ткнулся в ладонь холодным носом напрашиваясь на ласку, которая не замедлила последовать.
- И куда же ты умчался тогда? Только попробуй так поступить и сегодня, я на тебя обижусь, так и знай.
Договорились, на сегодня у меня планов нет. Поэтому я утвердительно кивнул.
… мы полдня провели барахтаясь в снегу, играя в снежки и строя снежную парочку из начавшего таять снега. День, наполненный искристой яркостью, свежестью, звонким смехом и заливистым лаем. Саша была живой, настоящей, такой, какую я давно не встречал. Которую я давно искал, потерявшись в серости лет и мертвых душах окружающих меня людей. И не только…

- Вы звали меня, госпожа, - стараюсь быть бесстрастным, но это сложно, когда я так на нее зол.
Сатин медленно подходит, загадочно улыбаясь в предвкушении… чего?
- Да, я хотела тебе видеть, - бархатистость приобретает мурлыкающие нотки, от которых по всему телу пробегает озноб не то ярости, не то томительного ожидания. Я вздрагиваю от прикосновения холодных пальцев к щеке.
- В связи с чем я удостоен чести… - прикрыв глаза, заставляю голос быть спокойным.
Ее тихий смех рассыпается сверкающими жемчужинами.
- Какой же ты забавный, Алекс, - пальцы, скользнув по шее, зарываются в волосы. – Я хотела тебя видеть, разве это недостаточный повод для вызова?
Другая рука, тем временем ненавязчиво вспорхнула над пуговицами и щекотнула кожу на груди.
Сдавшись (в который раз?), наклоняю голову и ловлю губами нежную прохладную кожу, вдыхая запах жасмина с легкой сладковатой ноткой смерти. Ах, вот оно в чем дело, кажется, Сатин сегодня переборщила с кровью – опьянение на лицо.
Она продолжала ласкать меня. Совсем не так, как раньше, а скорее нежно, почти любовно. Незнакомые, но от этого будоражащие ощущения. Губы у моего лица шептали что-то бессвязно приговаривающее, а на бледных щеках даже проступил румянец. И сейчас она казалась в тысячу раз более живой, более настоящей, чем в минуты привычного для нее состояния. Хотя как я могу называть живым вампира?
Словно в ответ на мои мысли ноготь с силой царапнул по лицу. На щеке выступили горячие капли. Сатин жадно втянула воздух и провела язычком, слизывая их.
- Сладкий, - хихиканье более подходящее сплетничающей школьнице. – Так бы и съела… но нет, ты мне еще нужен, мой сладкий…
Ее уже было не остановить, хотя раньше мне это время от времени удавалось. Потом, правда, я лет на пять-десять попадал в опалу, но лучше уж это, чем…
У нее было бесконечно прекрасное тело. Совершенное, но при этом настоящее. Принадлежи это тело любой другой женщине, я наверное сошел бы с ума от желания. Сатин не была женщиной. Руки и губы, призванные дарить наслаждение только высасывали капля за каплей природную жизненную силу, которой это мертвое создание упивалось.
Не сразу, далеко не сразу. И сейчас я сам не понимал, что делаю, целиком поддавшись ее обаянию. Ее власти. Я брал то, что она отдавала мне. Брал жадно, нетерпеливо, краем сознания обреченно понимая, что на самом деле не беру, а отдаю…
Вампиры зависят от нас. По крайней мере, те, кому хоть раз удалось испытать на себе то, что могут им подарить оборотни. Почувствовать себя живыми.
… я, пошатываясь, поднялся, бросил пустой взгляд на разметавшееся на кровати чудовище и вышел, в который раз надеясь больше никогда не вернуться.

Охота близилась к завершению.
Их осталось всего шестеро. Но шестеро самых опасных противников.
Самое смешное, я до сих пор не знал, на кого мы охотимся. Мне с непривычной легкостью удавалось расправляться с гончими задолго до того, как они настигали жертву.
Но думать, видеть в этом какой-то подвох не хотелось. Слишком пьянило ощущение приближающегося завершения…
- А чем ты занимаешься? – мы с Сашей сидели в парке: любовались пушистыми хлопьями и наслаждались тишиной. Всего пару дней назад я решил, что мне недостаточно просто сопровождать ее всюду, мне надо говорить с ней, задавать вопросы, веселить и смеяться вместе с ней, не пугая ее хриплым рычанием.
- Я учительница, - она улыбнулась и смахнула с моих волос налетевший снег. – Преподаю русский язык и литературу в школе, веду кружки.
- Романтичная профессия, - я посмотрел на небо, зная какой вопрос сейчас последует. Но ошибся.
- А у тебя разве нет?
- Увы.
- Это плохо. Когда занимаешься тем, к чему не лежит душа.
- Я знаю, вот только... – я вскочил и машинально загородил собой Сашу, когда из-за деревьев показались две внушительные фигуры, а тишину наполнило раскатистое рычание.
- Здр-раствуй, бр-рат, - один из них оскалился и прищурил и без того небольшие, отливающие красным глаза.
- Драный кот тебе брат, - бросил я в ответ. – Я в отличие от вас, бультерьеры, свободный волк.
Рычание усилилось. А вот девушка за спиной молчала…
- Ты был им, пока на тебя поводок не нацепили, так что тепер-рь мы в одной конур-ре. Я пр-рощаю тебе твою наглость, отдай нам жер-ртву, и мы не будем тебя тр-рогать…
Жертву???
Я почувствовал, как на мне лопается по швам одежда. Боевая трансформация, как правило очень болезненная, прошла почти мгновенно и незаметно.
Встряхнувшись, я припал к земле…
Мы прыгнули одновременно. И все дружно столкнулись на полпути. Чьи-то когти впустую скользнули по загривку. Я попытался вырваться и, наугад мазнув лапой, весьма удачно попал в глаз молчуну, не проронившему ни слова за время нашей занимательной беседы. Тот на время выбыл из игры. А вот второй противник требовал куда большего внимания. Крупный, намного крупнее меня (черт возьми, порода сказывается), да еще и весьма опытный. Раньше он не участвовал в Охоте, причин не знаю, но…
Я слишком увлекся им и пропустил тот момент, когда на меня сзади напал его напарник.
Взвыв от боли в прокушенной лапе, я отскочил в сторону и… увидел Сашу, прижимающую к груди ошметки моей одежды и наблюдающую за нами широко открытыми глазами. От нее меня отделяли каких-то пять метров. И двое оборотней.
- Леша… - я не знаю, действительно она это прошептала, или мне только почудилось это в том, как едва заметно шевельнулись ее губы.
Обманный прыжок, отскок, резкий непривычный удар снизу вверх, разодранное горло одного. Все равно он не стал бы мне достойным противником. Снова прыжок, на этот раз, чтобы самому избежать удара. Приземляюсь неудачно, завалившись в сугроб. Он прыгает сверху. Клыки клацнули в миллиметре от шерсти. Он ошибся всего один раз – мне этого хватило.
Схватки оборотней никогда не бывают долгими. Особенно если противники неравны. Другое дело, что далеко не всегда побеждает сильнейший. Все решает случай. Как правило…
Я поднялся и подошел к Саше.
- Не бойся меня… - я никогда еще никого не умолял.
Карие глаза смотрели прямо в мои. От них было не укрыться.
- Ты не кусаешься… я помню… малыш, - белая пушистая варежка ласково скользнула, привычно пригладив уши.
- Как это трогательно, боже мой! – наградив нас скупыми, приглушенными из-за перчаток аплодисментами, Сатин вышла на дорожку. – Алекс, я всегда знала, что ты гениальная ищейка, надо же – сам нашел жертву. А теперь будь добр, отойди и дай мне насладиться победой.
Поводок натянулся скрипичной струной. Я сделал шаг назад. Саша испуганно вздрогунла и неверяще переводила взгляд с меня, замершего по стойке смирно на приближающееся к ней чудовище.
Я зарычал.
- Тише, мой мальчик, тише. Не стоит так переживать… между прочим, я обижена на тебя за последнюю ночь. Ты набрался наглости уйти не попрощавшись. Мне было одиноко, когда я проснулась, - она погрозила мне пальчиком, как нашкодившему котенку.
- Ты опять пьяна… что с тобой происходит, Сатин? Оставь девочку. Она ведь тебе не нужна. Охота закончилась. Ты победила, - стараюсь, чтобы голос звучал ровно.
- Ничего ты не понимаеш-шь… малыш-ш, правильно? Ты мой, ты только мой. И я никому не позволю тебя у меня отбирать. Кроме того, я никогда не отказываюсь от ш-шертвы.
Саша медленно закрыла глаза и, пошатывалась, сделала шаг ей навстречу. Затем еще один. И еще…
Я рвался вперед. Поводок душил меня. Перед глазами плыли красные пятна.
Но всякая струна рано или поздно рвется.
Инерцией меня швырнуло вперед. Прямо на нее. Изломанное тело несколько секунд продолжало дергаться. Ногти впились в мои руки… а затем лиловые глаза заволокло дымкой, и она с шелестом растаяла черным летучим снегом…

- Тебе правда нужно уезжать? – голос дрожит от слез.
- Нужно. Но я вернусь. Обещаю. Теперь я по-настоящему свободный волк, ты же знаешь. Просто надо сбить со следа мстителей. Не бойся. Тебя они не тронут. Несостоявшаяся жертва Охоты обретает абсолютную неприкосновенность.
- Я боюсь.
- Меня? – шутливо приподнимаю брови?
- Нет, за тебя. Мы ведь друзья, правда?
- Конечно, друзья, - пожимаю протянутую ладошку.
- Тогда… счастливого пути, малыш. Возвращайся.
Вернусь. Обязательно вернусь. Потому что теперь у меня есть, к кому возвращаться.

Малая проза | автор: Дарья Соколова, 2007 год

КОММЕНТАРИИ

Николай Недельчук
председатель МЛВК
У меня при прочтении сложилось такое впечатление, что автор писал рассказ, совершенно не преследуя никакой цели. То есть в голове просто родился эдакий сюжет РПГ, который был незамедлительно перенесён на бумагу. Ну или "Охота" может показаться частью большого цикла историй. Ведь начинается повествование с неизвестности (которая, правда, туманно проясняется в дальнейшем, но совсем неполно) и заканчивается ею же. Произведение представлено на суд публики как одиночное, завершённое. Тогда к автору вопрос: "А смысл где?" Нет, может я не замечаю...
Сам язык, стиль - на высоте. Меня очень порадовало описание провинциального осеннего города через элементы одежды и ощущения главного героя:
Мелкая морось зависла в воздухе водяной пылью. Влажность мешала дышать, а нос был забит запахом уличной гари, дыма заводских труб и мокрой одежды...
Очень красиво получилось рассказать об отношениях Алексея и Александры. Нежных, романтичных, наивных. Да и вообще радует правильная хронологическая последовательность действий - всё на своих местах. За эту часть - высшая оценка.
06.12.2007

---

Дарья Соколова
автор рассказа
Ник, спасибо тебе за твою рецензию, но у меня одно большое-большое врсклицание и маленькое уточнение.
Во-первых, здесь НЕ ПРО ЛЮБОВЬ!!!! Точнее, если от Сатин к Алексу еще идет более менее похожее чуйство, то между Сашей и ним ничего такого нет - и я в конце это постаралась ясно дать понять, предвидя, как могут расценить их отношения:
- Мы же друзья?
- Друзья.
Во-вторых, ты меня жестоко обвинил в отсутствии смысла. А как же дружба - всепреодолеющая и всеобъемлющая. Этот рассказ писался на конкурс. Ты не прав, я очень долго над ним сидела, обдумывала каждую деталь, особенно поначалу, дальше стало тяжелее со времением, поэтому конец немного смазался. Возможно, ты привык к тому, что мои рассказы, которые я уже предлагала, несут достаточно высокую смысловую нагрузку, но я так пишу далеко не всегда - зачем же зря загружать людей. Смысл? Смысл в том, что преодолеть можно все, могут вырваться из любых оков, которые тебе навязывают... не обязательно вампиры. Кто угодно. И о том, что одинокому волку живется гораздо хуже, чем тому, кто в стае, пусть даже эта стая состоит из двух особей. Вот так вот.
06.12.2007

---

Николай Недельчук
председатель МЛВК
Даша, а мне вот почему-то показалось после внимательного прочтения рассказа, что там не дружба, а нечто большее. Ведь друзья такое благоговение не испытывают друг перед другом. И пойти на убийство своей хозяйки Алексей просто за дружбу не мог. Он мог воспрепятствовать Сатин как-то, но не убивать же её! Насчёт смысла - я прошу прощения, он, конечно же, есть. Ты была права, да, он не такой глубокий как в твоих предыдущих рассказах. Но он есть. Нет какой-то чёткости, что ли, рассказ не похож на законченный, скорее на эпизод из книги.
07.12.2007

---

Дарья Соколова
автор рассказа
Ты немного не уловил суть их отношений. Алекс - оборотень, создание живой природы, более того, он дикий оборотень, на которого нацепили Поводок. Он чувствует себя все равно что волк в зоопарке. А Саша помогает ему дышать свободнее, чище... Он смотрит на нее как на источник этой свободы и поддержки, а не как на возлюбленную. К тому же он не хотел убивать Сатин. Он пытался сорваться с Поводка, чтобы остановить ее, но "инерцией меня швырнуло вперед". Это вышло случайно.
А рассказ не четкий из-за того, что он просто-напросто недоработан) я это признаю и осознаю и даже за это извиняюсь, просто я хотела выложить его на конкурс, но не знала, что он будет продлен.
07.12.2007

---

Николай Недельчук
председатель МЛВК
Возможно... Просто каждый читатель трактует сюжет под себя. Исходя из собственных чувств. Я не настаиваю, что нельзя понять всё как-то иначе. Тут туман - поэтому кто-то воспримет их взаимоотношения как любовь, кто-то как дружбу. Единственное понятно - Алексей готов свергнуть все свои устоявшиеся веками порядки ради Саши. Он идёт против воли своей госпожи. Тема конкурса здесь на лицо. Да ещё, видите, и первый снег есть. Рассказ "недоработанным" я бы не назвал. Мне даже называли его лучшим в этом обновлении. Язык - прекрасный. Сюжет... Может и есть изюминка в этой туманности, отсутствии именно предыстории и логического завершения? Небольшой отрезок с середины прямой времени, у которой нет ни начала, ни конца...
07.12.2007

Обсудить этот рассказ на форуме

---

---

Конкурс прозы! Приглашаем молодых и юных авторов в возрасте до 25 лет принять участие в конкурсе прозы. Расскажите нам о своём летнем дне – это единственное ограничение тематики. Дальше фантазия может заводить вас куда угодно... [Подробности]

Новый сезон 2008-09! Итак, сегодня вы в очередной раз заглянули на сайт МЛВК с мыслью почитать что-то но­вое и интересное. Набираете в адресной строке «www.mlvk.ru», нажимаете Enter… и в удивлении замира­ете перед экраном. Да, МЛВК изменился… [Читать полностью]

Сбор пожертвований Уважаемые посетители, если вам понравилась наша идея, вы хотели бы оказать нам помощь на пути развития — сделайте это! МЛВК нуж­дается в ваших финансовых пожертвованиях (оплата хос­тинга, подарки победителям конкурсов)… [Как помочь клубу]

© МЛВК — Молодёжный литературный веб-клуб, 2006–2010